Эскалация в Рожаве и соглашение по Хасаке

Боевые действия, развернувшиеся на северо-востоке Сирии в период с 18 по 20 января, стали одним из наиболее острых кризисов в регионе за последние годы и завершились объявлением временного прекращения огня и достижением рамочного соглашения между Дамаском и курдскими силами, контролирующими значительную часть территории.

Вечером 18 января по итогам переговоров в Дамаске было объявлено о прекращении огня. Однако перемирие продлилось недолго. Уже в ночь на 19 января начали поступать сообщения о возобновлении боевых действий и продвижении правительственных войск и союзных формирований на ряде направлений, в том числе к северу от Ракки, в районе Айн-Иссы и вблизи плотины Тишрин. Курдская сторона заявляла, что пауза была использована для перегруппировки сил, после чего столкновения возобновились сразу на нескольких участках.

В течение 19 января усилилось давление на районы Хасаки и Кобани. Сообщалось об отходе курдских подразделений с отдельных позиций, а также о побегах из мест содержания лиц, связанных с террористическими структурами. Особое беспокойство вызвала обстановка вокруг лагеря Хол в провинции Хасака, где были зафиксированы беспорядки и резкое ухудшение гуманитарной и безопасностй ситуации.

Эскалация привела к широкой региональной реакции. В курдских районах Сирии, а также в Иракском Курдистане — в Эрбиле, Сулеймании и Духоке — прошли митинги и акции солидарности. Аналогичные протестные настроения отмечались в приграничных районах Турции. Сообщалось о передвижении добровольцев из соседних регионов в направлении северо-востока Сирии, что подчеркнуло трансграничный характер кризиса.

Боевые действия продолжились и 20 января. Поступали сообщения о позиционных столкновениях на подступах к Хасаке и в районе Кобани, при этом центр Хасаки, по данным ряда источников, оставался относительно спокойным. Курдские формирования объявили о расширении мобилизационных мер, на отдельных участках фиксировалось применение более тяжелых видов вооружений.

Ключевым моментом стала ситуация вокруг лагеря Хол. Курдская сторона подтвердила полный вывод своих сил, после чего сирийская армия заявила о входе на территорию лагеря для стабилизации обстановки. Параллельно появились сведения об освобождении значительного числа лиц, связанных с террористическими группировками, что вызвало резкую реакцию курдских структур и обвинения в адрес международного сообщества в бездействии.

Во второй половине дня 20 января противостояние перешло в политическую плоскость. Администрация президента Сирии объявила о достижении рамочного соглашения с курдскими силами по параметрам будущего провинции Хасака. В рамках договоренностей был объявлен четырехдневный режим прекращения огня для проведения консультаций и подготовки плана интеграции.

Согласно заявленным условиям, сирийские войска не будут входить в центры Хасаки и Камишли, ограничиваясь присутствием на их окраинах. Безопасность в курдских деревнях должны обеспечивать местные силы. Военные и силовые структуры курдской стороны подлежат интеграции в государственные институты Сирии. Также предусмотрена реализация мер, касающихся языковых, культурных и гражданских прав курдского населения.

Министерство обороны Сирии подтвердило введение режима прекращения огня на всех фронтах. Курдские силы, в свою очередь, заявили о готовности соблюдать достигнутые договоренности.

Заявления Соединенных Штатов придали ситуации международное измерение. Американская сторона отметила, что Дамаск на данном этапе способен самостоятельно нести ответственность за вопросы безопасности, в том числе за контроль над центрами содержания бывших боевиков террористических организаций, и подчеркнула отсутствие планов по долгосрочному военному присутствию в Сирии. Интеграция курдских регионов в общесирийское политическое пространство при дипломатической поддержке была названа наиболее реалистичным путем к обеспечению устойчивых прав и безопасности курдского населения.

События 18–20 января продемонстрировали высокую степень уязвимости северо-востока Сирии перед новой масштабной эскалацией. Объявленные договоренности открыли окно для деэскалации, однако их устойчивость будет зависеть от практической реализации, контроля над чувствительными объектами и способности сторон предотвратить возобновление насилия.